— Чем я виновата перед Стеллой?! Отчего из-за меня?

— Оттого, что она принадлежала тому миру, который я потерял! Горы, вершины, чистый снег… Я все потерял!!!

Вероника Антоновна, потрясенная не свойственным сыну взрывом чувств, готова уже каяться и просить прощения. Но объяснение прерывает звонок в дверь: вернулся Илья. Марат разом обретает невозмутимое спокойствие.

— Матушка, аккомпаниатор ждет. Иди. Все чудесно. У тебя, у меня. Платье эффектное, голос звучит. Спой «Хризантемы» и отдохни перед концертом. А я… может быть, схожу в магазин, положи там на сервант… лучше зелененькую.

Оставшись с Ильей, он молча ждет.

— Не стал при них… — начинает тот.

— Что-нибудь не так?

— Малый один видел нас на выходе из магазина. Я с ним работал в НИИ. Непонятно, откуда взялся! В пяти шагах из кустов вылез! Зараза!..

— Узнал тебя?

Илья разводит руками.

— Сделаем, чтобы молчал. Можешь узнать его адрес?

— И так знаю. Как-то оборудование вместе возили, заскочили по пути.

Барсуков с ребятами приближается к подъезду своего дома. С противоположной стороны улицы идет наперехват плечистый парень. Его провожает взглядом Марат, за спиной которого хоронится Илья.

— Товарищ Барсуков? — загораживает дорогу парень.

— Да.

— Давненько вас жду. Где пропадали?

— А в чем дело?

— Я спрашиваю, где ты был днем? — грубо напирает парень.

— У тещи в Селихове, — тоже грубеет Барсуков.

— Что-нибудь видел там интересное?